Продовольственная безопасность - общенациональная задача

21.05.2019

Реализация Доктрины продовольственной безопасности невозможна без развития села и улучшения жизни сельских жителей, а также без помощи аграриям со стороны других отраслей экономики, считает координатор партии "Единая Россия" по работе на селе, председатель комитета Госдумы по аграрным вопросам Валентин ДЕНИСОВ.

– Валентин Петрович, Государственная Дума пятого созыва уходит в историю. Если обернуться назад, какой урожай был собран на законодательном поле?

– Был принят очень важный закон об обороте земель сельскохозяйственного назначения, который вступил в силу с 1 июля 2011 года. За 20 лет земельной реформы собственники долей в силу разных причин – из-за процедурных сложностей и главным образом из-за высоких цен на межевание, кадастровую оценку – так и не смогли оформить и зарегистрировать свои права на землю. Большей частью она использовались нелегально и не могла служить залоговой базой для получения кредитов, а более 2 миллионов долей вообще не использовались. Новый закон не только упрощает процедуру закрепления, но и удешевляет оформление кадастрового учёта и государственной регистрации. Но заработает он только после утверждения правительством нескольких подзаконных нормативных правовых актов.

– Надо полагать, они ещё не утверждены?

– Потому многие в регионах этот закон ещё и не знают, не понимают его. Хотя я считаю его базовым. Он должен помочь воспитать хозяина. В последние годы наш менталитет был существенно искажён. У крестьянина не стало ответственности за землю. А воспитание такой ответственности – дело не одного десятилетия. В первом полугодии мы совместно с правительством совершенствовали законодательную базу сельхозстрахования. Это должно оградить крестьян от разного рода проходимцев и недобросовестных страховщиков и, надо надеяться, понравится сельхозпроизводителям, так как в первую очередь закон направлен на защиту их интересов, а также на исключение с рынка сельхозстрахования недобросовестных страховых кампаний. Важным итогом прошедшего года стала разработка Доктрины продовольственной безопасности, которая была утверждена президентом в начале 2010 года.

– Но вот подзаконные акты не приняты, и закон о земле не заработал. Как и Доктрина продовольственной безопасности, приостановленная из-за отсутствия технических регламентов. Есть такой термин – "пустой закон", то есть закон не работающий, не подкреплённый либо подзаконными актами, либо финансовым обеспечением. Много ли таких законов по вашему ведомству?

– К примеру, три года назад было принято решение о переходе на горючее, отвечающее евростандартам и, по сути, прекращении производства 80-го бензина, на котором сегодня живёт село. Объявили трёхлетний переходный период, но не приняли никаких мер, чтобы он прошёл безболезненно для крестьян. Когда такая ситуация возникает в других странах, как правило, включается финансовый механизм поддержки той категории людей, которые должны переоборудовать, переоснастить технику – начиная с поставок по льготным ценам соответствующих запасных частей, двигателей и т. д. У нас этого сделано не было. Государство, объявив об этом, должно было создать специальные программы регионального или федерального уровня. Нам говорят: у вас было время на переоборудование соответствующей техники, но при этом забывают спросить: а есть ли на это деньги у крестьян?

– В аграрном сообществе много беспокойства по поводу предстоящего вступления России в ВТО. Устоялось мнение, что ВТО нужно нефтяникам, газовикам, металлургам, а уж никак не селянам – и для российского сельского хозяйства это гибель. Вы разделяете эти опасения?

– Опыт других стран, особенно бывших республик СССР и бывших соратников по социалистическому лагерю, показывает, что сельское хозяйство действительно наиболее уязвимо. Мы прекрасно видим, каковы претензии на российский рынок у стран членов ВТО. Но у нас хватит сил противостоять наплыву продукции, которую мы вполне можем производить сами – мясную, молочную, хлебную. Да, бананы, кофе, какао, апельсины – пожалуйста, везите, мы не будем возражать. Но когда от нас в ультимативной форме требуют увеличения квот на ввоз мясомолочной продукции – это уже не шутки. Когда станем действительными членами организации, нам тяжело будет противостоять такому давлению. Нас и теперь западные партнёры упрекают в неуступчивости.

Вспомним начало 90-х годов, первые переговоры с ВТО. Я в то время работал в министерстве сельского хозяйства и был участником некоторых их раундов. Государство в ту пору вообще ушло из сельского хозяйства, поддержка была – минус ноль. А западные эксперты, как заведённые, по-прежнему требовали от России что-то там понижать. И сегодня поддержка АПК в Российской Федерации в разы ниже, чем в странах Евросоюза, Америки или Канады. Нам ещё расти и расти до них.

Да, сейчас появилось много экспертов, считающих себя способными просчитать перспективы вступления России в ВТО. Но ни один разумный эксперт не сможет со стопроцентной уверенностью сказать, хорошо это или плохо для нас. С точки зрения ближайших лет – да, будет сложно для всех отраслей экономики, а для сельского хозяйства особенно. Но если нам разрешат пользоваться правами полноценного члена ВТО, то в перспективе возникнут и плюсы. Обсуждать, быть России в ВТО или нет, на уровне политеса неправильно. Здесь нужен экономический анализ: надо считать с карандашом, с калькулятором в руках – где плюсы, где минусы. А потом минусы надо устранять, а к плюсам готовиться заранее.

– Есть термин "продовольственная безопасность страны". Часто под ним понимают лишь увеличение производства сельхозпродукции и импортозамещение. Но это ведь и наука, и технологии. И по большому счёту, это задача общенациональная. И нефтяников, и энергетиков, и транспортников.

– Для начала – о самой доктрине продовольственной безопасности. Последовательная её реализация позволит нам достичь трёх основных результатов. Во-первых, стабильности цен на продовольствие внутри страны. Цены на продукты питания не будут зависеть от колебания курсов иностранных валют. Во-вторых, повысится качество продуктов питания. Уже сейчас Россия использует более строгие стандарты качества по некоторым производимым продуктам, чем другие страны. Так, например, мы отказались от хлорной технологии обработки птицы, хотя США активно её используют. А сокращение квот на импорт мяса будет способствовать усилению конкуренции между зарубежными поставщиками, в результате опять выигрывает потребитель – и на наш рынок попадает наиболее качественная и конкурентоспособная импортная продукция.

В-третьих, реализация доктрины будет способствовать росту благосостояния сельского населения. Поддерживая отечественного производителя, замещая импорт, мы создаём новые рабочие места, повышаем уровень доходов в сельской местности, увеличиваем объём собираемых налогов. Главной задачей, определённой в доктрине, является импортозамещение – прежде всего, на рынках мяса, молока, сахара. Кстати, Россия уже сейчас полностью обеспечивает себя зерном и картофелем.

Но продовольственная безопасность, вы правы, не отраслевая, а общенациональная задача. Да, нам нужны полноценные по качеству и доступные по цене продукты. Но в последнее время мы столкнулись с неуёмным ростом цен на энергоносители, горюче-смазочные материалы. В январе цена на дизельное топливо поднялась даже выше цены на более качественный бензин АИ-95. Это не поддаётся ни практическому, ни теоретическому объяснению. Скорее всего, тут мы имеем дело с фактом картельного сговора. Я так считаю: если продовольственная безопасность – задача общенациональная, то включиться в её решение должны все отрасли экономики. Нефтяники – приемлемыми ценами на горюче-смазочные материалы, энергетики – разумными тарифами на поставку электроэнергии, транспортники – на перевозку сельхозпродукции. И так далее, вплоть до космоса – спутники должны мониторить состояние посевов. Только всем миром.

– Мы теряем страну со скоростью несколько процентов в год. Это слова члена-корреспондента Российской Академии сельскохозяйственных наук, профессора Михаила Коробейникова. И если не создадим эффективный механизм, то огромные территории останутся пустыми в течение 10 лет. А ответа, что делать, до сих пор нет. Существующая госпрограмма учитывает развитие сельхозпроизводства и гораздо меньше – сельских территорий. Между тем, депопуляция села угрожает самой государственности…

– Вместе с президентом и председателем правительства мы долго и упорно добивались того, чтобы Россия имела свою чёткую, последовательную и долговременную государственную агропродовольственную политику. Сегодня можно сказать, что она сформировалась. Принят федеральный закон "О развитии сельского хозяйства", реализуется национальный проект "Развитие АПК", который плавно трансформировался в Государственную программу развития сельского хозяйства на 2008–2010 годы. В 2019 году заканчивается срок реализации федеральной целевой программы "Социальное развитие села". И я глубоко убеждён, что совершенно неоправданно была произведено её секвестирование сначала на 50% (в 2009 году), а теперь уже более чем на 60%. Я обращался в министерство финансов с просьбой вернуться хотя бы к докризисным 18 миллиардам, которые закладывались ежегодно на эту программу. Сказали: нет, пока из кризиса выходим, о социальной сфере нечего и думать.

Но ведь село – не заводская проходная! Здесь живут, работают, отдыхают, воспитывают детей! Модернизация АПК невозможна без переустройства и развития социальной сферы. И для сельчан, и для горожан должны быть созданы одинаково комфортные условия жизни! Поэтому нельзя допустить полного сворачивания социальных программ.

Раздел о социальном развитии села должен войти в новую Государственную программу развития сельского хозяйства до 2020 года. Мы просим при подготовке проекта федерального бюджета на 2019 и на плановый период 2018 и 2018 годы предусмотреть средства на финансирование в полном объёме всех мероприятий, предусмотренных госпрограммой по устойчивому развитию сельских территорий, развитию приоритетных отраслей сельского хозяйства, повышению финансовой устойчивости АПК и регулированию агропродовольственного рынка. А также принятия дополнительных мер по ограничению роста цен и тарифов на товары и услуги естественных монополий, цен на горюче-смазочные материалы, минеральные удобрения и средства защиты растений.